Перейти к содержанию

Российский фактор и Трамп

Трамп

О вездесущем российском факторе в американских президентских выборах рассуждает обозреватель Le Monde Сильвия Кауфман.

«Ленин должен перевернуться в своем Мавзолее, а Николай II в своей еще свежей могиле: Россия не только возвращается — она еще и полностью властвует над самыми необычными выборами в истории США, — пишет журналистка. — Российский вопрос по всем параметрам — стратегическому, хаотическому, фантастическому — неизменно оставался декорацией с тех пор, как на сцене стал появляться Дональд Трамп. Между тем накануне вступления в должность 45-го президента США никто не в силах предсказать, в каком направлении будут развиваться отношения Вашингтона и Москвы».

«Дональд Трамп говорил, что, став президентом, сумеет установить продуктивный диалог с Владимиром Путиным, «настоящим лидером» и «очень умным человеком». Сохранение такого курса препятствовало признанию Трампом каких-либо недостатков российского руководителя», — отмечает автор.

«Понадобилось дождаться 11 января, чтобы Трамп публично признал ответственность России за вмешательство в избирательную кампанию, но это не привело его к смене политического курса в отношении Путина, — говорится в статье. — Однако одновременно люди, которых он выбрал для формирования своей администрации, на различных слушаниях Сената высказывались о России радикально противоположно и более традиционно. Так, по словам будущего госсекретаря Рекса Тиллерсона, Россия «представляет угрозу», о которой «наши союзники по НАТО имеют основания тревожиться». По мнению будущего министра обороны генерала Джеймса Маттиса, «надо признать, что Путин стремится уничтожить Североатлантический альянс, и мы должны принять необходимые меры, чтобы защитить себя».

Стоя во главе компании ExxonMobil, Тиллерсон имел возможность долго практиковаться в изучении российского характера, замечает Кауфман. И, выступая перед Сенатом, он вполне ясно проанализировал современную логику россиян: «Они думают, что заслуживают надлежащей роли в мировом порядке, потому что являются ядерной державой. После развала СССР они не могли на это претендовать. Они посвятили все эти годы развитию своих способностей, чтобы к этому прийти. Все, что они делают сейчас, нацелено на то, чтобы показать: Россия уже там, Россия имеет огромное значение, Россия — это сила, с которой надо считаться».

Эмиссары Москвы говорят то же самое, но идут еще дальше, считает автор статьи. Достаточно было послушать 12 января российского посла в Париже Александра Орлова, приглашенного French-American Foundation выступить перед 200 французскими высшими должностными лицами. С определенной искренностью Орлов изложил доктрину Москвы, которую можно свести к нескольких пунктам.

1.У Запада сложилось «впечатление», что он выиграл холодную войну. 25 лет спустя «больше нет правил игры, надо перестраивать всю систему безопасности в Европе» и даже заключать «новые Хельсинкские соглашения» с Россией, которая показала в Сирии, как надо браться за дело по наведению порядка, передает журналистка.

2. Сейчас «период, сопоставимый с концом существования СССР, когда ставится много вопросов о будущем Европы», намекал Орлов. «После выхода Великобритании из ЕС — который, я надеюсь, осуществится», как сказал посол, по его прогнозам, Франция вновь обретет ту политическую роль, «которую она делегировала Германии».

3. Для этого возвращения Франции на международную арену благоприятные условия создаст, конечно, победа на президентских выборах «кого-то из правых, имеющих международный опыт». Журналистка обращает внимание читателей: Марин Ле Пен, по всей видимости, уже в немилости. Россия больше не станет финансировать ее партию, сказал посол, «пусть это делают французы».

4. Про Украину Орлов сказал: «Теперь, если наши украинские друзья увидят, что они больше не могут рассчитывать на США, чтобы срывать процесс урегулирования, ситуация изменится».

5. Россия повлияла на избрание Трампа? «Не надо преувеличивать!» — ответил посол. Разумеется, «Россия не скрывала своего предпочтения в отношении Трампа», но правда в том, что «социальная и экономическая модель России вызывает интерес. Во Франции многие настроены пророссийски; в этом смысле существует российский фактор в выборах, но это не вмешательство».